Описание

Он писал зелёными чернилами и никогда не писал в стол, ибо жаждал общения с публикой, которая его обожала. В межвоенный период он пользовался богемной славой, а после войны стал всеобщим любимцем. Его книги выходили огромными тиражами, а его произведения запрещали к публикации. Творца неоднократно «подвергали цензуре» (и до сих пор пытаются это делать) за правый или левый оппортунизм, однако он на самом деле ничего не знал о политике, ибо искренне верил лишь в вдохновение, поэзию и виртуозное мастерство поэта. Угадали, о ком идет речь?

Он провёл шесть лет в немецком плену, где «молчал, как камень», но те немногие стихотворения, которые он всё же написал, стали легендарными. Он целый год путешествовал по Европе, ведь возвращение в «народную» Польшу означало бы утрату его поэтической свободы. И всё же он вернулся, ведь дома его ждали жена, дочь — и польский язык, к которому он умел прислушиваться. И на поле абсурда и (само)иронии он выкроил пространство для свободного творчества, недоступное более «серьёзным» авторам. Он был лучшим польским поэтом в худшие для поэзии времена.

Он не был идеальным мужем, но кто ещё так воспевал жену и гармонию семейной жизни в блестящих стихах? Будучи ценителем музыки, он сочинял свои лучшие стихи, руководствуясь музыкальными принципами. Полиглот и эрудит, он черпал из глубин культуры, как немногие.

А еще его стихи прекрасно звучат на беларусском языке… Об этом свидетельствуют многочисленные переводы из сборника «Седьмое небо» (2006) — от Леонида Драньо-Майсюка до Марии Мартысевич. А сборник «Улица Шарлатанов», который вы держите в руках, является самым полным беларусским изданием творчества поэта. Половина включённых в него стихотворений и поэзмов публикуется на нашем языке впервые или в новых переводах, выполненных специально для этой книги.

(c) Андрей Хаданович